Marketsignal logo

Когда не спасает нефть?



Все преуспевающие государства похожи друг на друга. Каждая страна-неудачница с экономикой на грани развала и голодным населением несчастлива по-своему.

Но нет, наверное, в мире другой страны, которая была бы столь необычно колоритна в своем несчастье, как Венесуэла, наша главная союзница в Латинской Америке. С самыми крупными разведанными запасами нефти в мире она тонет в этом море благоденствия.

Когда не спасает нефть?Ее власти неспособны не только дать нации по примеру ближневосточных монархий толику от главного богатства страны. Они вынудили свое население жить по законам, будто позаимствованным из пьес Эжена Ионеску, румынского творца театра абсурда.

Ну, разве не театр развернулся в Венесуэле накануне Нового года? Ее президент Николас Мадуро, бывший водитель автобуса, в чьей компетентности сомневаются 70 процентов граждан страны, объявил о выпуске новых банкнот с более крупным номиналом и одновременно приказал изъять из обращения самые ходовые купюры по 100 боливаров.

Причиной стала дикая инфляция в стране, при которой эта самая купюра в сотню боливаров стала стоить по ценам «черного рынка» не больше двух американских центов. О размерах самой инфляции, кстати, никто не имеет даже приблизительного впечатления.

Правительство Венесуэлы перестало публиковать какие-то данные на этот счет уже давно. МВФ говорит о 425 процентах годовых. Независимые экономисты — о 720-ти. Агентство Bloomberg провело свое исследование, замерив рост цены на чашку кофе с молоком за последние 18 месяцев. И выяснило, что за это время чашка популярного напитка поднялась с 450 до 1100 боливаров.

То есть, если взять эти изменения в масштабах года, то инфляция в стране достигла по Bloomberg 1289 процентов. «Внушаить», как сказал бы Хрюн, популярный персонаж наших мультиков начала нулевых.

Так вот, непопулярный Мадуро объявил, что в страну уже прибыли самолеты («из России», сообщил он) с банкнотами стоимостью 500, 1000, 2000 и 20000 боливаров. Но одновременно он поспешил изъять из обращения купюры в сто боливаров, и это стало роковой ошибкой президента.

По всей стране люди ринулись избавляться от этих банкнот, но их уже перестали принимать в торговых точках. В банках, хоть принимали, но не меняли на билеты другого номинала. К банкоматам, пока еще не начался «час Х», выстроились километровые очереди желающих пополнить счета изъятыми из обращения купюрами.

Но одновременно повсюду начались и грабежи, когда озлобленные венесуэльцы разбивали витрины магазинов, врывались внутрь и крали все, что там было ценного. Мадуро собрал правительство, и на свое экстренном совещании власти решили дать согражданам срок до 2 января, чтобы те попрощались с боливаром по 100.

Но эти меры — все равно, что мертвому припарки. В Венесуэле сложился невиданный обменный курс боливара по отношению к доллару. Официально за один «зеленый» дают 10 боливаров. А на «черном рынке», по ценам которого живет страна доллар сейчас, в канун Нового года стоил 2750 боливаров.

До сего времени, когда в стране самой крупной купюрой была та самая, по сто боливаров (напомню, это два американских цента), венесуэлец брал рюкзак — в кошелек боливар уже не помещался — наполнял его местными деньгами и шел на рынок. Чтобы купить одну пачку сигарет, ему нужно было приносить несколько килограммов денег.

Самая экзотическая картина в Венесуэле сложилась на ее автозаправках. В стране уже много лет существует самая низкая цена на бензин в мире, но сама эта констатация мало кого впечатлит. В феврале этого года власти подняли цену на 95-октановый бензин аж в 60 (шестьдесят) раз, но бензин остался самым дешевым на планете.

Официально он стоит 6 боливаров за литр, а по ценам «черного рынка»- 0.01 цента. То есть, чтобы наполнить бак обычной машины, потребуется где-то около сорока американских центов. А это — цена той самой чашки кофе с молоком, которая в Венесуэле стоит не меньше, чем в Америке.


Объявленный бывшим кумиром нации Уго Чавесом «социализм ХХI века», похоже, победил в этой стране полностью и окончательно.

Ну а что, русские камарадас и компаньерос, могут ли они как-то помочь облегчить страдания венесуэльцев? О, да конечно, мы уже давно этим занимаемся. Когда был жив Чавес, Россия поставила далекой латиноамериканской стране орудия на 5.4 миллиарда долларов.

Правда, до сих пор не ясно, оплатили ли венесуэльские власти хотя бы часть предоставленного на закупку этой горы оружия кредита. По крайне мере сейчас у страны точно нет денег — в наступающем году ожидается ее дефолт по долговым обязательствам. А чуть подросшая цена на нефть ее не спасает. Как подсчитали независимые экономисты, Венесуэле, чтобы выбраться из кризиса, нужна цена за бочку с нефтью минимум по 120 долларов.

На прилавках этой страны давно нет ни мяса, ни масла, ни мыла, ни туалетной бумаги, зато в ассортименте поставленные русскими братьями современные вертолеты и танки. Против кого будут использовать власти танки в венесуэльских джунглях?

Может с их помощью они остановят поток контрабанды бензина из своей страны в соседнюю Колумбию, где он стоит в сотню раз больше? Или попытаются пресечь контрабанду из Колумбии презервативов, которые стоят в Венесуэле в сотню раз больше, чем у соседей?

А для чего Мадуро и его компании десятки тысяч «калашниковых», о начале производства которых, на построенном с помощью России заводе недавно объявил вице—премьер российского правительства Д. Рогозин? Чтобы осадить волну бандитизма, накрывшую страну? Нет, похоже, что для других целей. Венесуэла уже много месяцев балансирует на грани тотального социального взрыва.

Национальная ассамблея, в которой большинство принадлежит оппозиции, в этом году инициировала проведение референдума по досрочной отставке Мадуро, но перед самым концом 2016-го власти блокировали эти усилия. И, как прогнозирует влиятельная международная организация ONG The International Crisis Group, цель которой — предотвращать кризисы в мире, в наступившем году Венесуэла станет закрытым перегретым котлом, который может рвануть в любой момент.

Нет, мы помогаем венесуэльцам не только оружием, возразят наши сторонники латиноамериканских левых. Мы, например, вкладываем миллиарды в освоение новых нефтяных месторождений в этой стране. В октябре 2016 глава «Роснефти» И. Сечин подписал в Каракасе с министром нефтяной промышленности Венесуэлы Эулохио дель Пино договор, по которому венесуэльской компании Petroleos de Venezuela (PDVSA) выделяются 20 миллиардов долларов на проекты нефтяного пояса Ориноко.

Однако в том, что инвестиции России в венесуэльскую нефтянку принесут плоды, есть все основания сомневаться. Национальная ассамблея страны заявила недавно, что отныне любая компания, которая подписывает контракт с венесуэльскими предприятиями, государственными или частными будет серьезно рисковать, ибо ее проект или выделенный кредит, утвержденный без согласования с парламентом страны, в будущем могут быть аннулированы.

Трамп нанес еще один удар по Мексике

Трамп нанес еще один удар по Мексике

В 2019 году Венесуэлу ждут выборы и если ситуация будет ухудшаться или останется такой как она есть, доведенное до отчаяния тридцатимиллионное население страны не оставит от чавесовского «социализма ХХI века» камня на камне. Воспоминанием о былых годах нерушимой дружбы останется, может быть, лишь памятник Уго Чавесу, установленный в этом году в городе Сабанета.

Шестиметровая статуя, созданная в духе социалистического реализма, была изваяна в бронзе российским скульптором Сергеем Казанцевым. Издалека фигуру Чавеса с вытянутой вперед рукой можно принять за памятник вождю мирового пролетариата Владимиру Ленину, только он без кепки.

Чавес будет по-прежнему показывать людям путь в светлое будущее. Но вот многострадальный Боливар, похоже, туда идти не хочет. Он уже не выдерживает и одного ездока. Особенно если тот -всадник без головы.

Автор: Евгений Бай


НАВЕРХ СТРАНИЦЫ




Загрузка...


Уважаемые посетители! Будьте аккуратны в своих комментариях. Согласно статье 5.61 часть 2 КоАП РФ, "Оскорбление, содержащееся в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации, - влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от трех тысяч до пяти тысяч рублей; на должностных лиц - от тридцати тысяч до пятидесяти тысяч рублей; на юридических лиц - от ста тысяч до пятисот тысяч рублей